Цари самозванцы. Сколько всего Лжедмитриев было в России?

Игра в царя. Сколько всего Лжедмитриев было в России? Младший сын Ивана Грозного не был царем. Зато несколько людей, выдававших себя за Дмитрия Ивановича, обладали в России самой настоящей властью. Пресечение царской династии Рюриковичей в конце XVI века открыло в истории России мрачную эпоху, впоследствии названную «Смутным временем». Эпоху, когда само существование России как независимого государства оказалось под вопросом. Искушение «чудесным спасением» Значительную роль в этот период сыграли самозванцы. Сразу несколько человек поочередно, а порой и пересекаясь друг с другом, выдавали себя за «чудесного спасшегося» младшего сына Ивана Грозного – царевича Дмитрия. Григорий на троне Вне всяких сомнений, королем самозванцев является Лжедмитрий I. Под этим именем скрывался, вероятнее всего, сын галичского дворянина Богдана Отрепьева Григорий Отрепьев. Человек достаточно образованный, подготовленный к роли «царевича Дмитрия», он сумел совершить то, чего более в русской истории никому не удавалось – самозванец вполне официально взошел на трон. О том, что царь – ненастоящий, в России знали многие. Но это лишь добавляло азарта тем, кто хотел пойти по пути Отрепьева – если худородный дворянин смог добраться до царских палат, то чем я хуже? Те, кто во времена Лжедмитрия I добрался до власти и денег, не хотели терять своих позиций. Если получилось один раз, то почему не попробовать снова? Одним из первых решил попробовать себя в этой роли дворянин Михаил Молчанов. Он служил при дворе царя Бориса Годунова, однако имел довольно плохую репутацию и был замешан в различных махинациях. После смерти Бориса Молчанов участвовал в убийстве его родных, чем заслужил доверие Лжедмитрия I. Самозванец приглашал его для участия в попойках и оргиях. «Тушинский вор»: Лжедмитрия II погубила ссора с начальником охраны Лжедмитрий II – фигура еще более загадочная, чем его предшественник. Русские и польские сторонники первого самозванца искали человека, который смог играть его роль. Существует более десятка версий, кем он был в действительности. Ясно одно – образован и подготовлен к царской роли Лжедмитрий II был куда хуже Григория Отрепьева. Это не помешало собрать вокруг него армию и добиться присяги старому новому царю многих русских городов. Да что там города – жена Лжедмитрия I Марина Мнишек признала в новом самозванце мужа и, более того, родила от него ребенка. Такой поступок вполне объясним – амбициозная полячка не теряла надежды стать полноценной русской царицей. Короноваться в Москве Лжедмитрию II не удалось, да этого и не могло произойти. Ведь, согласно роли, он являлся уже коронованным царем, бежавшим из рук заговорщиков. В 1608 году Лжедмитрий II разбил лагерь в Тушине, откуда правил страной. Это породило прозвище, данное «монарху» – «Тушинский вор». Царь Василий Шуйский, фактически запертый в Москве, по влиянию в этот период явно уступал самозванцу. В 1610 году, после того, как часть сторонников самозванца перешла на сторону польского короля Сигизмунда III, Лжедмитрий II перебрался в Калугу. Ему помогло то, что в это время часть русской элиты выступила за приглашение на русский трон польского королевича Владислава. Самозванца стали рассматривать как единственную надежду и опору в борьбе с поляками. Но в декабре 1610 года Лжедмитрия II убил начальник его собственной стражи Петр Урусов, сбежавший после этого к крымскому хану. Весной 1611 года в Новгороде прямо на рынке появился человек, назвавший себя чудесно спасшимся царем Дмитрием. Новгородцы не поверили неизвестному, и с позором выгнали его. Тогда новый претендент добрался до Ивангорода, где снова заявил – я царь, избежавший гибели. Город, переживавший шведскую осаду, принял Лжедмитрия III как нового лидера сопротивления. Шведы, отправившие к «царю» своих эмиссаров, быстро убедились, что перед ними человек, не имеющий никакого отношения к Лжедмитрию I, то есть к Григорию Отрепьеву. Впрочем, Лжедмитрий III сумел добиться присяги от целого ряда русских городов. В декабре 1611 года его торжественно встретил и признал царем Псков. Пока один самозванец действовал на севере страны, на юге утверждался «Астраханский вор», или Лжедмитрий IV. У Лжедмитрия III шли лучше. Казака по имени Сидорка (предполагается, что так на самом деле звали очередного самозванца) в марте 1612 года признало так называемое правительство первого ополчения, предшествовавшего ополчению Козьмы Минина и Дмитрия Пожарского. Эта присяга открывала Лжедмитрию III путь к Москве. Но он сам все испортил. Признанием царем вскружило самозванцу голову. Он погряз в пьянстве, а его подручные промышляли грабежами в Пскове и окрестностях. В таком «царе» люди быстро разочаровались, многие казачьи отряды от него ушли. Почувствовав, что счастье ему изменило, самозванец решился бежать, но был пойман и возвращен в Псков. На сей раз народу его предъявили уже в цепях, как «ненастоящего царя» и настоящего преступника. Летом 1612 года Лжедмитрия III отправили из Пскова в Москву, но по дороге его убили.
Back to Top